15.10.2009

Рынок в Казахстане получился деструктивный

Cергей АБАКШИН

«Когда нас кладут на лопатки, мы можем смотреть только вверх».

Бэбсон

Рыночные отношения пришли в Казахстан на благодатную почву в смысле общественного сознания. Потому что плановая система хозяйства цементировала экономику до полной потери подвижности и смысла. В принципе у людей все было, хоть и скверного качества и не там, где надо. Народ плановый идиотизм не одобрял и хотел разумный капитализм. Но его он тоже не получил.

2009 10 15 DestruktРынок – это овеществленный закон прибыли. То есть главное – это короткий путь к максимальной прибыли. В принципе любой человек стремится получить максимальный желаемый результат с минимальными затратами, но не у всех это получается. На Западе (и не только) все это ограничивается через десятилетиями сложившуюся систему: профсоюзы и права наемных работников, антимонопольные законы, протекционистские заборы…

В Казахстане первых лет независимости все получилось как бы с нуля, без околорыночной структуры и околорыночного законодательства. То есть никакой системы взаимокомпенсаторов и балансиров не было. В результате победили самые сильные и активные. Они на практике доказали, что рынок не всегда бывает конструктивным, но еще и деструктивным. В принципе, из учебников многие знали или слышали, как рынок в свое время прикончил сельское хозяйство Англии и ткацкое производство Индии. Но теперь все пришлось прочувствовать на себе – эмпирически.

Введение рынка в Казахстане напоминало столбление и регистрацию золотоносных участков на Клондайке. Золото уже лежит – вбей колышки и гони в контору. Страна была нашпигована добром и по закону выгоды сначала надо было захватить недвижимость и движимость. Дальше завладеть деньгами и каналами их движения, подчинить себе экономические и политические механизмы страны, чтобы качать ресурсы на всех уровнях. Повышение производства – это потом, когда все легкое будет выработано.

Добывающий сектор – это почти единственное из промышленности, что смогло уцелеть в те лихие годы. А так гнали на лом в Китай все – от кораблей на воздушной подушке и медного кабеля с военных объектов до станков и оборудования для фосфорного производства.

Дальше все по схеме. Если прибыльнее ввозить и продавать импортный ширпотреб, чем вкладываться в производство своего – он и занял всю нишу. Выгоднее брать и давать взятки, чем жить честно – расцвет коррупции. Выгоднее торговать алкоголем, табаком и наркотиками, чем их запретить (реально) – они и пошли в рост. Табачная фабрика Филипп Морис в Казахстане – одного из немногих предприятий обрабатывающего сектора, которое появилось в 90-ые годы. Однако как раз ее появление здесь вполне закономерно.

Рынок в республике получился в виде единого ринга для всех категорий боксеров. В итоге тяжеловесы победили на нем всех, кроме совсем уж карликовых участников, в которых им элементарно трудно попасть из-за их мелких размеров (проходят сквозь любую административную сеть).

Рынок придавил отечественное производство более дешевой и налаженной импортной продукцией. Он вышиб из сферы производства самых энергичных, умных и предприимчивых – в бизнес, политику, госслужбу, криминал, эмиграцию. Рынок сформировал аморальную психологию потребительства и материального успеха.

Закон рынка действует примерно так: сначала берется все то, что можно получить задаром. Потом все самое легкое. Дальше все самое прибыльное. И только потом менее прибыльное. Теперь Казахстан вроде бы пришел к фазе, когда пора браться за дело, но система уже выстроена в деструктивном ключе.

Расшифруем. Монополистам выгодны монопольные цены, потому что выше них не бывает. Сельское хозяйство за исключением зернового производства в глубоком упадке и откате. Вообще-то бычки и овечки пасутся, но сама модель хозяйствования, в которую они встроены, очень далека от современной. Качественное среднее и высшее образование развалено. Потому что содержать их было дорого. А теперь без них невозможно двигаться вперед, потому что импортные специалисты вместе с отучившимися за границей одни ничего не потянут.

Когда всем показалось, что кризис пришел на родные просторы всерьез и надолго, в правительстве вроде бы зашевелились. Большие чиновники стали публично признавать, что неуважение к труду – это путь в никуда. Начались комиссии и круглые столы на предмет чем помочь производственному и несырьевому сектору. А потом цены на нефть приподнялись, и вся властная активность опала, как надувной аттракцион без воздуха. Снова забрезжил свет ложной надежды, что сырье продадим и все у нас будет. Высшие государственные служащие в это верят, а значит политическая воля к кардинальным изменениям угасла, так и не успев получить мощного импульса.

Изобилие денег у правящей элиты атрофирует восприятие серьезности момента. Когда в блокадном Ленинграде воров и спекулянтов расстреливали – там было легче, потому что необходимость жестких мер высвечивалась требованиями войны, выживания и победы. А в нынешнем положении ситуация воспринимается как: сейчас все нормально, а трудные вещи будем делать потом, когда припечет. Между тем, «потом» и «завтра» могут не наступить. Потому что кто не бежит, тот отстает и оттягивается назад. А сегодня в когорте развитых стран «бегут все».

Как со структурой общества из чиновников, полицейских, торговцев, бандитов, проституток, сутенеров, охранников, диспетчеров, водителей, кладовщиков, юристов, бухгалтеров, охранников можно эффективно конкурировать с теми, где высокая доля инженеров, технологов, специалистов по информационным технологиям, логистов, конструкторов, ученых, маркетологов? Даже если опустить тот факт, что большинство наших финансистов мошенники и почти нет надежных адвокатов.

Современный Казахстан уже практически занял место в ряду стран третьего мира. По крайней мере, слишком много характерных признаков можно наблюдать невооруженным глазом. Любой госслужащий простому человеку не друг и не согражданин – у них разные интересы и задачи. Закона в Казахстане нет (он продекларирован, но не существует). Категорически характерен местный автопарк: сочетание самых дорогих марок с обилием полуржавых древних экспонатов. В основном ничтожные и позорные зарплаты. Изобилие ресурсов при малоразвитости промышленности и общей бедности. Эмиграция качественных людских ресурсов. Чиновничество в числах саранчи. Масштабы наркотизации. Продолжительность жизни. В общем, продолжать можно долго.

Подчеркнем: динамика не в нашу пользу! Историки, изучая конец Римской империи, часто отмечают: вот если бы конфисковать крупные имения в пользу государства, усилить дисциплину в госаппарате, провести дополнительную мобилизацию в армию – система бы устояла. Но ведь не устояла же. И никто этого не сделал. Не бойтесь банальностей – их истина испытана временем.

4 комментария

  1. Анонимно

    Абакшин жжот как из агнимета! Жми братишка!

  2. Анонимно

    Что ото мне подсказывает, что дело даже не деструктивности... а в полном отсутствиии ума и логики

  3. Toshi Tanaka

    I think what your president should do is to fire all authorities and to put men of honour on their places. That's the only possible decision, despite civil war

  4. Анонимно

    Не надо кричать про волков. Мы сами волки