04.06.2012

Размышления у разбитого коммунистического корыта

060612korito

Тимур ИСАХАНОВ

«Китайцы сделали с коммунизмом то же самое,

что европейцы с христианством,

то есть извратили его до состояния здравого смысла».

Алонсо Арджуна

События с «Оккупай Абай» выявили странный феномен: в Казахстане ВСЕ поднимают на щит Абая, но никто его толком не читал. Разумеется, сюжет этот не новый. В советские времена цитаты из Маркса, Энгельса и Ленина пихали в любую книгу, но основоположников тоже никто не читал. Отсюда и грузинский тост рубежа 70-80-ых гг. прошлого века: «Я хочу выпить за Вахтанга не потому, что у него большой дом в Тбилиси и дача на черноморском побережье (мы тоже не под открытым небом живем). Не потому, что у него служебная «Волга» и «Жигули» для личных разъездов (мы тоже не пешком ходим). Не потому, что у него умница жена и две роскошные любовницы (мы тоже не онанизмом занимаемся). Я хочу выпить за Вахтанга потому, что он настоящий коммунист!»

Казахстан переживает левый откат в сознании населения. В обществе среди старших поколений мощная ностальгия по советским временам (человечество вообще умеет создавать образы прекрасного прошлого). Это дети могут писать в сочинениях перлы вроде «Восстановить разруху – такая задача была поставлена в первой пятилетке». А кто постарше помнит и социальный пакет размером с железнодорожный контейнер, и минимум криминала на улицах с отсутствием порнографии и аморальности в СМИ, и ощущение «Я этой силы частица!», которое невозможно купить ни за какие деньги, даже если в стране все на продажу. Спрос на левую идею (коммунизм, социализм, социал-демократия) вроде бы мощный, но предложения нет никакого. Коммунисты-алдамжаровцы все под Мухтаром Аблязовым, а в КНПК работает только пресс-отдел, закидывая электронную рассылку никому не нужными пресс-релизами.

С коммунистической идеей в республике вообще произошли фундаментальные пертурбации. Сначала вчерашние коммунисты откусили самый большой кусок от «общенародной», а фактически от государственной собственности. А если к ним приплюсовать еще и долю «комсомольцев», как молодой поросли номенклатуры, то на весь оставшийся криминал и случайных людей, которые волей-неволей попадают в подобные расклады по закону больших чисел, вообще перепали сущие крошки.

Богатые экс-коммунисты быстро перекрасились сначала в демократов, потом в либералов, а дальше начали дрейфовать к феодалам. Левые идеи им совершенно неинтересны, чужды и враждебны. С народом ситуация иная. Начав восстанавливать утраченный жирок в первой половине «нулевых» годов обыватель стал верить в страну средней зажиточности на манер центральноазиатской Швейцарии или хотя бы Уругвая. Однако конец назарбаевского капитализма под лопанье пузыря на рынке недвижимости похоронил надежду на благополучный конец сюжета.

Все вдруг массово осознали, что страну рвет от коррупции и трайбалистских сюжетов. Все гнилое. Страна, в смысле Родина – это источник наживы, люди – это материал для прохвостов, где другие этносы и рода – враги, как минимум конкуренты. А  внутренняя  мораль у огромной толпы народа гласит: поднимай своих близких и себя, остальных отодвигай и делай их слугами, а честность и служение на тридесятом месте.

Чтобы в такой ситуации не появились реальные лидеры левой ориентации, за них «взялись» по полной программе. В и без того беззубую Коммунистическую партию Серикболсына Абдильдина внедрили Газиза Алдамжарова. Он тоже «коммунист» в стиле Вахтанга из анекдота, только подкошенный «трайбализмом головного мозга» по полной программе. Алдамжаров даже не националист – потому что национализм подразумевает хоть какой-то уровень человеческого развития, пусть и тупиковый. Газизу Алдамжарову достался бренд КПК (Коммунистическая партия Казахстана), который к этому моменту уже работал в интересах беглого олигарха Мухтара Аблязова. После того, как деятельность КПК по спорному решению суда приостановили на полгода, Газиз Алдамжаров ничего «в ответку» не сделал и сделать не мог. Под его «руководством» партия оказалась окончательно дезориентированной. Рядовые члены не могли понять: им надо участвовать в межродовых разборках, отрабатывать деньги подрывного олигарха или действовать в соответствии с партийным уставом? Суд, который продлевает срок приостановки деятельности Коммунистической партии Казахстана, фактически выступает в качестве ее спасителя. «Почему не видно коммунистов-алдамжаровцев?» – «Потому что они придавлены судом». В противном случае ответ был бы такой: «А их нет».

Власть понимает, что учитывая высокий запрос на левые идеи в обществе, на политическом поле кого-нибудь красных оттенков держать надо. Для этой цели подтянули КНПК (Коммунистическая народная партия Казахстана) в мажилис на правах третьей партии. Но «коммунисты» там точно такие же, как и в КПК, только деньги у Аблязова не берут. Взять хотя бы историю с поправками в Трудовой кодекс. Работодатель теперь законно может навязывать работнику дополнительную работу без существенных выплат. Локауты узаконены, а возможности для законной забастовки сведены к минимуму. Снижены права беременных женщин, с бизнесменов снята забота по медицинскому страхованию работников, бесправные профсоюзы стали такими еще больше. В плане увольнений для работодателей практически не осталось серьезных ограничений. А «народные коммунисты» в ответ не издали даже писка в защиту наемных работников.

Потенциальный электорат левых пытаются перетянуть на себя национал-популисты вроде Серикжана Мамбеталина. Гитлеровцы же в послевоенной Германии в период Великой депрессии отвоевали у коммунистов значительную часть рабочего класса. Но в независимом Казахстане любая успешно опробованная в мировой практике вещь заканчивается только разворовыванием (если это экономическое начинание) или глупостью (если политическое). Вряд ли здесь что-нибудь поменяется, пока генератор исходных ресурсов в виде нефтедолларов продолжит свою работу в прежнем объеме.

Теоретически под знаменем справедливости левый электорат могут привлечь на свою сторону исламисты. Ислам зародился в оазисах Аравийского полуострова, где с различными ресурсами очень напряженно (тогда про нефть Пророк Мухаммед не подозревал), а потому вопросы потребления регламентирует вполне нормально. Вот только инструкции там для VII века нашей эры, а на дворе XXI, с Интернетом и глобализацией. Казахстанский человек по возвращении с работы хочет пить пиво у телевизора гораздо больше, чем слушать муэдзина через громкоговорители. Но чтобы были пиво, телевизор и электричество – должна быть работа и для этого кто-то должен создавать приемлемую экономическую среду, в которой наемный работник обладает определенными реальными гарантиями.

Сегодня видно, что вакуум политических партий, выражающих интересы блока труда, начинает заполняться рабочим движением (не путать с работой официальных профсоюзов!). Рабочим терять особо нечего, потому что зарплаты у них в основном нищенские (если не считать нефтяников), а вот работодатели от них зависят. Останови непрерывное производство на медьзаводе или коксовую батарею – убытки для хозяина будут в десятки раз больше, чем повышение заработной платы персоналу. Другое дело, что к рабочему движению сразу пристроится армия паразитов-прилипал, которые постараются использовать его в своих корыстных интересах, ничего общего с нуждами рабочих не имеющими. Но это уже другой аспект проблемы и самостоятельная сюжетная линия.

3 комментария

  1. Анонимно

    Алдамжаров похож тут на старого азера; )))

  2. Анонимно

    Ну ладно абдильдинская партия скурвилась. А ведь тут правильно и про косаревских написано — ну и чо они прошли в парламент? Где их коммунячья принципиальность в деле защиты простого трудового народа????

  3. Анонимно

    Забудьте о наших коммунистах. О Курманове. Левую идею надо делать с молодыми.