06.09.2017

Мираса НУРМУХАНБЕТОВ: Скажу проще – все будет решено уже нынешней осенью и последующей за ней зимой, а последние штрихи будут добавлены максимум весной 2018-го

Редакция сайта www.almakz.info запустила проект «Честный ответ». Открывает сей проект известный журналист и публицист Мирас НУРМУХАНБЕТОВ. Целью проекта является выявления наиболее актуальных проблем и вопросов в области политики, прав человека, свободы слова, социальном и экономическом положении наших сограждан, о кризисе и транзите власти, раскрывая многие животрепещущие темы настоящего. Нашим читателям предлагается откровенные ответы экспертов из различных сфер и областей, по заданным нами вопросам.

О пропасти в обществе и социальных сетях

Ну, понятно, что эта пропасть образовалась не сейчас. Просто благодаря соцсетям она стала все больше выявляться, определяя свои четкие границы. Однако нужно учитывать,mirasgoчто всякие «фейсбуки» и «инстраграмы» далеко не всегда является точным срезом настроений в обществе. При этом «погрешности» могут быть в ту или другую стороны – еще хуже или не так страшно. Вообще, это настолько широкая тема, что с двух словах на нее невозможно ответить. Опасность же у нее очевидна, точно так же, как опасны и другие виды расслоения общества – социальное неравенство, национальный фактор, отношение к Путину и «русскому миру» и так далее. Но если «что-то начнется», то не раздрай в соцсетях будет поводом для этого, а какой-то бытовой случай, возможно, с участием тех, кто не висит в том же «ФейсБуке».

Есть ли в этом вина властей? Безусловно. Но не надо забывать, что власти – это отдельное сословие, узаконенное в Конституции, Уголовном кодексе и других законодательных актах. Поэтому это не их проблемы. Единицы из этого сословия, которые как-то пытаются изменить это, на ситуацию в целом повлиять не могут. При этом надо учитывать, что власть у нас не только не однородна, но и ведет ожесточенные междоусобицы, которые сейчас, в разгар операции «Преемник», лишь будут усугубляться. Другими словами, некоторым группировкам в нынешней обстановке крайне нежелательны подобные эксцессы, а другие же не упустят возможности этим воспользоваться.

О парламентской олигархии

С одной стороны, ничего там не происходит. У нас даже термин «партийное поле», как и «многопартийность», вызывает снисходительную и многозначительную улыбку. Но с другой, определенные движения там происходят. Если хорошо приглядеться, то это можно было заметить в последние пару «электоральных периодов», когда отечественные политологи стали осваивать новый для нас термин – парламентский олигархизм. Проще говоря, когда различные ФПГ почувствовали, что в ближайшем будущем можно продвигать свои финансовые интересы через те или иные партии. А «многопартийность» же у нас – это некий междусобойчик, типа бала-маскарада и реалити-шоу одновременно – когда актеры и участники вживаются в роль настолько, что сами себе верит начинают. И исходя из этого, можно искать ответ на ваш вопрос о том, что ждать от следующих «выборов». Они могут быть лишь немного ярче предыдущих, но в большей степени это будет розыгрыш не количестве мест в парламенте, а значение этих мест в политическом смысле.

Акимовские рейтинги

К счастью, с мнением полумифических респондентов «Саясата» не знаком, а все эти рейтинги пропускаю мимо своего внимания. Даже шутить на эту тему нет желания, если честно. На самом деле, вся эта шумиха вокруг акимов, положительная или отрицательная, без разницы – это косвенное признание той системы, которую нам навязали. Система, по которой удельных князьков не выбирают, а назначают. Точнее – назначает. Даже «шаг вперед» в виде выбрров сельских акимов маслихатами и выборщиками – это топтание на месте и создание иллюзии продвижения к демократии.

Поверьте, акимы в большинстве своем создают себе имидж хорошего управленца и чего-то там еще только для того, чтобы выслужиться перед Работодателем, завалить его администрацию отчетами и положительными отзывами прикормленных горожан. Очень простая физика – если аким повернется лицом к народу, то он вынужден встать задней частью к этому самому Работодателю, а он этого не любит. Есть одно исключение, но его имя я называть не буду, даже несмотря на то, что он уже не аким – думается, именно из-за того, что слишком полюбился местному населению. А что касается Байбека – он не хуже и не лучше других. И лучше не предвидится – пока должность выборной не станет.

О свободе слова и СМИ

Процесс по зачистке информационного поля будет продолжаться, хотя, казалось бы, зачищать уже нечего. Теперь под репрессии, перекупку и дискредитацию будут попадать лояльные к власти, но подконтрольные той или иной группировке СМИ.

И еще. Свободная пресса в понимании многих – это оппозиционная пресса, которая должна клеймить «кровавый режим бесчеловечного диктатора», вести еженедельную рубрику «шалкет» и тому подобное, что может вызвать злобу у «угнетенных масс». Но мы это все проходили, и такое отношение не дало нужного эффекта. Напротив, режим с каждым разом все укреплялся и бронзовел, издания одно за другим закрывались, а поддержать их в судах приходило все меньше людей. То есть, все логично и закономерно. Поэтому я считаю, что сейчас надо не клеймить власть – люди и так знают, кто есть «ху», а банально «работать с населением». Но не злобу в нем развивать, как некоторые, а тот самый гражданский дух.

Гражданское общество и тоталитаризм

На этот раз буду еще более краток – у нас нет гражданского общества, как такового, поэтому рассуждать о его будущем не имеет смысла. Надо подумать над тем, как его зародить и создать. А вот тоталитарная система у нас уже дано. Вы не заметили, разве? При этом совершенно не обязательно ее сравнивать с КНДР или КНР – у нас собственный путь, как говорится.

Заграница нам поможет

Этот вопрос вам лучше задать кому-нибудь из зарубежной оппозиции. И не очень понятно, что такое «в последнее время»? Лично я наблюдаю сравнительное оживление в течение пары лет. Но при этом могу сказать с уверенностью – там работа не останавливалась – просто на разных этапах тех или иных действий вся их деятельность выглядит по-разному. А по поводу Акежана Кажегельдина и его возвращения на родину могу сказать только то, что такие разговоры идут уже лет десять. Если же говорить гипотетически, то сама возможность такого возвращения уже должна изменить политический климат. Но этого не захотят практически все кланы – ведь Акежан Магжанович знает, где и как спрятаны активы их представителей.

Виртуальная партия Мухтара Кабуловича

Скажем так, я бы не поставил на него и ста тенге. Даже из интереса. И это совершенно не зависит от того, как я к нему и его деятельности отношусь – между нами говоря, все более критически. Дело в том, что Мухтар Кабулович решил создать политическую организацию на старых дрожжах. Закваска у него, может быть, новая, но суть – старая. Более того, эти «дрожжи» не только пересохли, но и изрядно поредели. Да, среди нынешних его единомышленников есть немало вполне принципиальных общественных и политических деятелей, среди которых много моих личных друзей. Но этого совершенно недостаточно, чтобы говорить о большой политической организации, которая как-то может повлиять на ситуацию в стране, подчеркну, правовым путем. При всем уважении к его соратникам, электорат у нынешнего ДВК не чета тому, что был полтора десятка лет назад. Даже с той же «Алгой» не сравнишь. При этом, как бы помягче сказать, он какой-то однообразный и в полном смысле слова – виртуальный. Они «за» Аблязова в большей степени потому что «против» Назарбаева. Но ведь, если второй плохой совершенно не означает. Что первый должен быть хороший.

Что касается того, что после ареста и заключения Владимира Ивановича не было больших митингов – это даже хорошо. Ведь тогда политических заключенных в стране стало бы намного больше, и еще не известно, чем такие протесты могли закончится – тогда, после Жанаозеня, власть почувствовала вкус крови и могла пойти еще дальше. В любом случае, это бы ничего хорошего ни для Козлова, ни для оппозиции не дало бы. Разве что Аблязов мог получить дополнительные козыри для предъявления их евродепутатам.

А вот советовать что-либо Мухтару Кабуловичу ничего не хочется. Да и не станет он меня слушать. Разве что фамилию изменить, казахский язык выучить и покаяться на нем перед электоратом. Хотя и это вряд ли поможет ему создать «действующую общественно-политическую организацию». Впрочем, как мне кажется, ему лучше вступить в уже действующую организацию. Правда, общественной ее не назовешь, как и широко известной, но вот политической – это, да.

Осень патриарха

Пять лет?! Ребята, вы что? Году так в 2010-ом еще можно было что-то прогнозировать на такой срок. Но не сейчас. Можно, конечно, смоделировать то или иное направление развития внутренней и внешней политики, рассказать о серии трудовых конфликтов, межнациональных столкновений, громких и очень громких арестов, проявлении сепаратизма на востоке страны и странных смертей в обеих столицах, но это будет немного нудно. Скажу проще – все будет решено уже нынешней осенью и последующей за ней зимой, а последние штрихи будут добавлены максимум весной 2018-го. И от этого будет зависеть, как и с кем мы будем жить через 5 лет, через 10 и на период до самого 2030 года. Транзит, ребята, транзит…

4 комментария

  1. Анонимно

    Очень нехилое интервью. Молодцы

  2. Анонимно

    Мирас сказал очевидные вещи, но которые как бы все таки так не проговаривались... Признал поражение и бессмысленность оппозиции. точнее, её былых конвульсионных, импульсивных и бессистемных действий ее былых потуг.

  3. Анонимно

    Это точна

  4. Анонимно

    Молодец — это

    Улан ШАМШЕТ