18.06.2021

Почему казахстанцы оказались в кредитной ловушке? И как пандемия лишает их возможности из нее выбраться

«Новая Газета» – КАЗАХСТАН»

Пандемия в Казахстане усугубила ситуацию с низкими доходами населения и вынужденными кредитами — для некоторых людей займы стали единственной возможностью оплатить аренду квартиры или попросту купить еды. После объявления локдауна в марте 2020-го года в Казахстане множество предприятий и учреждений были вынуждены по распоряжению правительства приостановить работу. На протяжении долгого времени власти крупных городов вели себя непредсказуемо, вводя, ослабляя и снова вводя карантинные ограничения. Множество людей столкнулись с сокращением доходов или вовсе остались без работы. «Vласть» и «Медиазона» разбирались, как пандемия повлияла на рост популярности займов разной величины среди казахстанцев.

Кредит за кредитом

До конца 2019 года семья Айгуль вносила платежи по кредитам без просрочек. Раньше она работала в банке, а ее муж — в строительной компании. В благополучные времена они взяли несколько потребительских займов на лечение, технику и прочие бытовые вещи, будучи полностью уверенными в том, что смогут вернуть деньги. Никакой альтернативы займам, по словам Айгуль, не было: семья не располагала достаточным количеством сбережений, чтобы делать большие покупки. К началу пандемии их долг достиг трех миллионов тенге. В этот момент Айгуль сократили, а ее муж был вынужден уйти на длительный больничный из-за полученного на работе перелома пяточной кости.

«Я не ожидала, что мы так резко упадем вниз и останемся без работы. Чтобы вносить платежи по кредитам, мы распродали все ценное, что было. Потом мне пришлось брать другие кредиты, чтобы погасить предыдущие займы. Мы не могли сидеть и ждать, когда кто-то поможет погасить ежемесячный платеж, потому что у моих родственников тоже есть свои кредиты», — объясняет Айгуль.

В течение года они с мужем направляли часть кредитных средств на покупку еды. На данный момент у них остается три кредита, ежемесячные платежи по которым составляют 250 тысяч тенге.

Недавно женщине удалось устроиться на новое место, где ей платят меньше, чем обещали при приеме на работу. Время от времени ей приходится продавать оставшуюся технику, чтобы выполнить обязательства перед банками. Из-за финансовых неурядиц у Айгуль появились проблемы со здоровьем, ей до сих пор не удается восстановиться. Она не знает, кто мог бы помочь ей в нынешних обстоятельствах: на государство она не надеется — по ее словам, их семье оно ничем не поможет.

Казахстан закредитованный

Казахстан — далеко не единственная страна, чьи граждане массово попали в кредитную ловушку. Последние 50 лет займы помогают сгладить стагнацию доходов и жителям западных стран. После Второй мировой войны США и ведущие государства Европы стали проводить социально ориентированную политику. Они обеспечивали людей базовыми благами, надеясь снизить их недовольство, которое спровоцировало несколько революций на заре XX века. Но в 1970-х годах растущие запросы населения привели к стремительному росту инфляции.

Национальные правительства нашли выход из ситуации в мерах жесткой экономии и сдерживании инфляции. Изменение политики почти сразу привело к снижению или стагнации доходов большинства людей, которое продолжается по сей день. Власти Западных стран попытались компенсировать падающий уровень жизни дерегулированием финансового сектора. Его представители пообещали обогатить людей, сделав наиболее обеспеченных из них пользователями инвестиционных продуктов. Менее удачливым они предложили поддерживать покупательную способность с помощью кредитов.

В конце 1990-х годов займы стали проникать во все сферы жизни западных стран. Нередко кредиты давали людям единственную возможность удовлетворить их базовые потребности в еде, медицине и жилье.

В Казахстане эта тенденция проявилась позже. Широкое распространение розничных кредитных услуг началось только ближе к середине 2010-х годов, вслед за резким падением цен на нефть, спровоцировавшим несколько этапов девальвации нацвалюты. С того момента объем займов физическим лицам в стране вырос более чем вдвое, достигнув по итогам 2019 года 6,6 трлн тенге.

С тех пор широкое распространение получили микрозаймы, беспроцентные кредиты, рассрочки для покупки разнообразных товаров и услуг в магазинах и маркетплейсах. Они были призваны компенсировать слабо растущие зарплаты, которые обесценивались в результате ползучей девальвации тенге и постоянного удорожания импортных товаров, занимающих существенную долю в потребительской корзине казахстанцев.

Проводниками этих услуг стали международные финансовые институты вроде Citi, ABN AMRO и HSBC, активно выходившие на казахстанский рынок в конце 1990-х годов. Локальные игроки довольно быстро перенимали их подходы и кредитные инструменты, перенося их из премиум сегмента в средний.

Наиболее популярным розничным продуктом в течение 2000-х годов, помимо ипотечных займов, являлись кредитные карты. Однако рост просрочек по этому каналу и потеря источников дешевого фондирования на Западе после финансового кризиса 2008 года подтолкнули банки переключиться на дорогостоящее розничное кредитование и обслуживание состоятельной категории клиентов.

На этом фоне, с популяризацией идей банкира и нобелевского лауреата Мухаммада Юнуса, регулярно посещавшего Астанинский экономический форум, стали развиваться микрофинансовые организации. По мере замедления несырьевых отраслей экономики и удорожания внутреннего финансирования, банки также стали переключаться на более активное розничное кредитование. Это совпало с началом цифровизации отрасли, благодаря чему займы получили небывалую гибкость, давая возможность приобрести практически все товары и услуги в беспроцентную рассрочку или полноценный кредит.

В середине 2019 года, сразу после президентских выборов, новый глава государства Касым-Жомарт Токаев решил провести кредитную амнистию для граждан, чей долг не превышал 3 млн тенге. Эффект этой меры оказался ограниченным, поскольку она исходно была направлена на социально-уязвимые слои общества. Другие группы граждан не получили никакой помощи, хотя их положение становилось не менее уязвимым.

«Как проклятый работаешь, чтобы отдавать кредиты»

Около четырех лет назад Марат, юрист по образованию, остался без работы.

«Была такая депрессия, я не знал, что делать и как зарабатывать. С работой [стало] тяжко, по специальности нельзя было устроиться. И потом, даже если куда-то устроишься, ты будешь получать 100-150 тысяч тенге, которых ни на что не хватает», — рассказывает он.

Некоторое время мужчина перебивался случайными заработками, подрабатывая сантехником. Но с мая по ноябрь 2020 года он не мог работать, поскольку пытался справиться с неврозом и паническими атаками, которые развились на фоне нехватки денег и смерти матери.

«В ноябре [2020 года], чтобы выйти из финансового кризиса, я решил даже с этим неврозом искать работу. Я взял себя в руки, работал над своими мыслями и дал себе слово, что сейчас устроюсь на работу, чего бы мне это ни стоило», — объясняет Марат.

Его наняли курьером в «Додо Пиццу», но через несколько месяцев Марат ушел оттуда и устроился в «Яндекс. Такси», где работает с шести утра и до обеда, а также в службу доставки, куда выходит с обеда и до позднего вечера. Без кредитов к тому времени оказалось невозможным даже трудоустроиться. Чтобы нормально выполнять свои обязанности, мужчине потребовалось купить новый автомобиль, и сделать это, говорит Марат, можно было только в кредит. Теперь, в течение семи лет, он ежемесячно будет отдавать банку 100 тысяч тенге при доходе в 300-350 тысяч.

У Марата двое детей и его семья живет в съемной квартире. Он рассказывает, что хотел бы приобрести собственное жилье, но не может себе этого позволить.

«Итого, если посчитать, [каждый месяц мне нужно отдавать] 100 тысяч тенге за машину и 120 тысяч тенге за квартиру. А еще нужно покупать продукты, которые постоянно дорожают, и одевать детей. [Получаемых] денег на это не хватает, но ты как проклятый работаешь каждый день, чтобы хоть что-то зарабатывать [и закрывать кредиты]», — жалуется Марат.

Мужчина отмечает, что в таком положении находятся многие водители и курьеры, с которыми он знаком. Большинство из них, подчеркивает Марат, выплачивает неподъемные кредиты за необходимый им для работы транспорт, трудясь с утра и до позднего вечера, а иногда даже в ночную смену. При этом найти другую работу, помимо курьерской доставки, с начала пандемии стало сложно.

Займы и коронавирус

Повторная кредитная амнистия стала одним из главных требований, прозвучавших на первой крупной демонстрации после карантина, которую организовала незарегистрированная Демократическая партия Казахстана. Ее лидер Жанболат Мамай сообщал о 100 тысячах собранных подписей за кредитную амнистию по итогам акции, пятая часть которых приходилась на Алматы.

«В основном люди брали кредиты на медицинские нужды. Иногда — на образование. Часто это небольшие потребительские займы, по 300-350 тысяч тенге. Но люди не могли погасить даже их, потому что во время карантина многие потеряли работу и оказались в очень тяжелом материальном положении», — констатирует Мамай.

В период пандемии лишившиеся работы или потерявшие большую часть заработка граждане продолжали брать кредиты, чтобы прокормиться, оплатить лечение или закрыть уже имеющиеся кредиты. За 2020 год портфель займов физлиц вырос на 500 млрд тенге (1,1 млрд долларов), несмотря на более чем 2,6% падение экономики Казахстана.

Сегодня, по данным Первого кредитного бюро, кредиты есть у 7,1 млн из 9 млн экономически активных казахстанцев. На каждого казахстанца, по разным данным, в среднем приходится от 900 тысяч до 1 миллиона тенге займов (2 100-2 300 долларов). С каждым годом за ссудами обращается 400-500 тысяч новых клиентов, при этом средний размер привлекаемых займов составляет 300 тысяч тенге (700 долларов).

К тому, чтобы занимать деньги на эти услуги, людей подталкивает непродуманная социальная политика государства. Оно, к примеру, предлагает бесплатное школьное образование, но не субсидирует обучение в колледжах и университетах, выделяя лишь небольшое количество грантов. То же касается и медицинской страховки: граждане могут получать бесплатно только минимальный пакет услуг, серьезная же помощь требует более солидных расходов даже в государственных поликлиниках.

Несмотря на вновь появляющиеся требования казахстанцев помочь им с кредитной нагрузкой, государство больше не планирует брать на себя их обязательства. Граждане, тем не менее, продолжают выходить на улицы, возмущаясь снижающимся заработком на фоне все еще высокой инфляции и ослабления курса тенге.

С конца 2020 года в регионах Казахстана участились забастовки работников сырьевых, сервисных и государственных предприятий. К концу мая 2021 года они провели не менее 35-40 акций протеста по всей стране. Бастующие считают оправданным объявлять их даже вопреки риску остаться без работы. Объясняя необходимость повышения заработных плат, люди говорят о том, что нынешние доходы не позволяют им не только выплачивать кредиты, но и приобретать достаточное количество продуктов.

Из Академии наук в курьеры

До карантина Асыл работал в Национальной академии наук. С началом локдауна учреждение стало испытывать трудности — государство и другиеdeflt инстанции приостановили финансирование различных проектов. Так Асыл стал заниматься доставкой еды в одной из цифровых компаний.

«Те люди, которые ушли из науки, теперь заняты в других сферах. Более взрослые ушли работать в рестораны, стали техническим персоналом, потому что больше их никуда не берут. Молодые начали работать в сервисах доставки. Но это ситуация не только последнего времени. Если вы встретите любого курьера из Glovo, Wolt, «Яндекса» или Chocofood, и спросите, где они работали до пандемии, то многие скажут, что в нормальных местах, на офисной работе», — говорит он.

Асыл нашел новую работу довольно быстро, но уже скоро она потребовала от него серьезно увеличить расходы на транспорт. На момент трудоустройства у него был мотоцикл, который он решил продать с наступлением зимы. Вместо этого курьер решил приобрести автомобиль, для чего взял кредит.

Купив машину, Асыл стал пользоваться ею каждый день и поэтому ему часто приходится ремонтировать ходовку, менять различные комплектующие и масло. Но в один день поломка оказалась более серьезной — потребовалось поменять двигатель. Получаемой зарплаты не хватало для его замены, и курьеру пришлось брать еще один займ. Ремонт занял неделю, все это время Бекзат не мог выходить на работу. Когда деньги стали заканчиваться и пришел срок очередного платежа по кредиту, он был вынужден взять еще одну ссуду.

«Я работаю днем и ночью, в свободное время таксую, но денег мне все равно не хватает. Еще я живу в съемной квартире, мне надо за квартиру, за коммунальные услуги платить. В месяц все обходится где-то в 110 тысяч тенге. Кредиты мне пришлось брать еще несколько раз и по итогу у меня оказалось 6 займов, это помимо рассрочек по Kaspi Red», — говорит курьер.

Недавно компания, где работает Асыл, сократила зарплатные ставки, и ее работники устроили забастовку. После снижения заработка им стало едва хватать на продукты. Многие курьеры стали брать дополнительные кредиты, чтобы закрыть предыдущие.

В мае курьеры сервисов доставки Wolt объявили забастовку из-за двухкратного снижения зарплатной ставки. К ним позже планировали присоединиться доставщики еды компании Chocofood, однако руководство компании пошло им на встречу и отменило нововведения. Вышедшие протестовать курьеры рассказывали, что денег после снижения зарплаты стало хватать только на еду и выплату кредитов.

Позже руководство компаний согласилось отказаться от снижения ставки, а курьеры Wolt, Chocofood, Glovo и «Яндекса» объединились в ассоциацию и объявили о создании профсоюза.

Обращаться в банки и микрофинансовые организации, по словам Асыла, почти всегда — единственный выход.

«К кому еще можно обратиться? Родственники мои тоже почти все остались без работы, мать — пенсионерка, а отец скончался не так давно. Государство ничем не может нам помочь — сейчас у государства тоже тяжелые обстоятельства», — рассуждает Асыл.

Комментарии закрыты.